«Только в этой религии я могу найти всю настоящую и сильную веру в Бога, которую человек должен иметь, чтобы быть хорошим христианином»

22.01.2018
«Только в этой религии я могу найти всю настоящую и сильную веру в Бога, которую человек должен иметь, чтобы быть хорошим христианином»

Предлагаем вниманию читателей письмо преподобномученицы Великой княгини Елисаветы Феодоровны от 5 января 1891 года (Петербург), адресованное царю-страстотерпцу Николаю II, в котором она рассказывает о своем намерении перейти в православную веру.

«Милый Ники!

Первые мои строки, посланные тебе в новом году, надеюсь, принесут новость, которая доставит тебе удовольствие. Я наконец решила присоединиться к вашей вере[1] и хочу сделать это к Пасхе, чтобы иметь возможность причаститься на Страстной неделе. Я предпринимаю великий шаг, начинаю новую жизнь, но верю, что Господь благословит такое решение. Помнишь тот день, когда мы разговаривали на балконе, во внутреннем дворике? Ты в первый раз тогда заговорил о Пелли[2] – для меня этот день  тоже был важным, потому что потом Серж впервые заговорил со мной о своей вере. Я тогда ответила, что хотела бы узнать ее более основательно. Что же, прошло полтора года, тем летом я много читала вместе с ним, но потом снова настали месяцы сомнений и тревог. Я все откладывала, хотя au fond demon coeur* уже принадлежала к вашей вере. Увы, я очень дурная и не имела довольно силы, довольно веры. Но в конце концов я осознала, как безнравственно отстраняться от беспокойств и от мучительных разговоров со старыми друзьями – а я продолжала беседовать с ними как ни в чем не бывало – и быть перед светом протестанткой, когда моя душа уже принадлежала православной вере. Это была ложь перед Богом и людьми, очень большой грех, и я в нем сердечно раскаиваюсь. Со следующей почтой я смогу известить тебя об ответных письмах из дома. Верю, что они будут хорошими, хотя, боюсь, многие огорчаться и не поймут[3]. Бог даст, это может придать Пелли сил, когда настанет час. Как бы я этого хотела! Я сказала твоим папà и мамà за последним ужином в старом году, Павлу с женой – в первый день нового, а когда получу ответы из дома, скажу Михен, и только тогда это перестанет быть секретом. Боюсь, она очень разволнуется, и страшусь той минуты, когда надо будет рассказать ей. Пожалуйста, никому пока не говори, кроме Джорджи[4], дождись моего второго письма.

Пелли здорова, только ушибла руку, упав на льду, потому  так долго не могла мне писать. Я жду ее письма и очень хочу узнать о ее чувствах – ведь она знала о моем желании перейти, но я сама не думала, что сделаю это сейчас.

Началась вечерняя служба – слышно, как звонят Аничковы колокола[5], так что откладываю перо, закончу письмо перед тем, как ложиться спать.

Да благословит тебя Господь, мой мальчик. Буду молиться за тебя и за нее.

С самым нежным приветом от Сержа и от меня вам обоим.

Очень любящая тебя Элла[6]»

.

Источник: Письма преподобномученицы Великой княгини Елисаветы Феодоровны. Православное сестричество во имя преподобномученицы Елисаветы. Москва, 2011. С. 138-140.

_______________________________________________________

[1] Из дневника Великого князя Константина Константиновича за 29 января 1891 г.: «Вчера в необычное время, около 6 часов вечера, вдруг приезжает ко мне Сергей, чтобы поговорить наедине. Он сообщил мне, что Элла, его жена, решилась присоединиться к православию. Еще в 88-м году, в Иерусалиме, у нее родилась эта мысль. Весной 89-го, после свадьбы Павла, она в первый раз призналась мужу в своем намерении. Затем более года между ними об этом предмете и речи не заходило. Наконец в прошлом ноябре <…> Элла объявила Сергею, что после долгих колебаний, зрелого размышления, сомнений и нерешительности она заметила в себе убеждение в правоте нашей веры и что теперь ни доводы, ни упреки, ни угрозы не могут поколебать его».

«Он <М.П. Степанов. – Ред.> два раза был в Палестине с Великим князем. Из этой поездки (первой) он рассказал о следующем эпизоде, показывающем о сильном впечатлении от поклонения Гробу Господню. Великая княгиня в то время был еще лютеранкою. Когда она, войдя в Кувуклию и поклонившись Гробу Господню, спустя некоторое время вышла оттуда, то была вся в слезах. Присутствовавший при этом турецкий паша, подойдя к Степанову, пожал ему руку, и, указывая на слезы княгини, сказал: «Поздравляю». «Он все понял», – заключил Степанов».

[2] Условное имя цесаревича и принцессы Гессенской Аликс в тайной переписке; для большей секретности цесаревича иногда называли в письмах «она», а принцессу Аликс «он». Таинственность, окружавшая отношения влюбленных, объяснялась недовольством родных и опасением нарушить придворный этикет. 

* в глубине души – фр.

[3] Из письма отцу: «Я все время думала, и читала, и молилась Богу указать мне правильный путь и пришла к заключению, что только в этой религии я могу найти всю настоящую и сильную веру в Бога, которую человек должен иметь, чтобы быть хорошим христианином. Было бы грехом оставаться так, как я теперь – принадлежать к одной Церкви по форме и для внешнего мира, а внутри себя молиться и верить так, как и мой муж. Вы не представляете, каким он был добрым, что никогда не старался принудить меня никакими средствами, предоставляя все это совершенно одной моей совести. <…> Возможно, что это покажется Вам внезапным, но я думала об этом уже так долго и теперь наконец не могу откладывать этого. Моя совесть мне этого не позволяет. Прошу, прошу по получении этих строк простить Вашу дочь, если она доставит Вам боль. Но разве вера в Бога и вероисповедание не являются одним из самых главных утешений этого мира?». Ответ, полученный из Дармштадта, крайне огорчил Великую княгиню, но нимало не повлиял на твердость ее намерения; большинство членов императорской семьи, и прежде всего Александр III, поддержали ее.

[4] Великий князь Георгий Александрович.

[5] Колокола церкви Святого благоверного князя Александра Невского в Аничковом дворце.

[6] В тот же день Великий князь писал цесаревичу: «Жена тебе пишет о великом и важном ее решении; для тебя, мой друг, это не новость – мы с тобой об этом не раз говорили <…>. Я не ожидал, что она именно в эту зиму решится – но, слава Богу, что это так и я бесконечно счастлив и не знаю, чем, право, я заслужил такую благодать – я совсем не достоин». Из письма королеве Вюртембергской Ольге Николаевне от 12 февраля 1891 г.: «Дорогая тетя, зная как ты была всегда добра ко мне и к моей жене, не могу удержаться и не сообщить тебе о великой моей радости, в которой, я уверен, ты примешь живое участие. Моя жена решилась принять православие. Она это делает с глубоким чувством, твердостью и уверенностью <…> Я уверен, что ты, дорогая тетя, как и я, подумаешь о мама, и как бы она была счастлива этому событию; впрочем, я уверен, что и это случилось ее молитвами».

Возврат к списку

© 2014-2018. Все права защищены.
Марфо-Мариинская Обитель милосердия.

СОКОЛ - Создание сайта
119017, г. Москва, ул.Большая Ордынка, д. 34
Телефон: 8-499-704-21-73
E-mail: mmom.pokrov@gmail.com